Интервью со всеми участниками, 2001 год

Песня о том что войны ведущиеся Америкой финансируются торговлей наркотиками, песня о группи-наркоманах - всё это и многое другое в смеси с диссонансными звуками, тяжелыми гитарами и то поющим-мелодичным то безумным вокалом образует новый альбом System of a Down "Toxicity".

После успеха первого одноименного дебютного альбома, к Системе постоянно пытались приклеить ярлык - от "политические" до "странные". Люди усердно пытались уместить группу в определенную нишу. Их второй альбом спродюссированный Риком Рубином определенно вызовет новую волну прилагательных, а также возгласы удивления. Недавно мне удалось пообщаться с группой и оказалось что они чувствуют себя более комфортно внизу в партере вместе с фэнами, чем на сцене. Вот как это происходило.

Корри: Ваша новая запись гораздо более вызывающая чем первая. Были ли у вас сознательные намерения сделать ее более брутальной?

Дарон Малакян: Забавно что вы считаете ее более брутальной. Мне казалось что она более мелодичная. Интересно что у каждого скаладывается своё мнение по поводу новой записи.

Шаво Одаджан: Она начинается действительно тяжело. Это как поездка на американских горках.

Малакян: Там присутствует влияние дэт-металла. Я давнишний металлюга и поклонник дэт-металла… Так что это получилось тяжелым не спроста.

Джон Долмаян: Местами там возможно действительно больше рубилова чем на нашем первом альбоме, но я думаю что там также больше элементов мелодичности чем было раньше.

Малакян: Просто там больше драйва в некоторых риффах. Нам это трудно объяснить, потому что мы внутри всего этого.

Корри: Вы находились очень близко к вашим фэнам на видео "Chop Suey"…

Малакян: Это показывает насколько нам нравятся эти люди. Там есть кадры где мы находимся в партере. Мы не чувствуем себя отдаленными от наших фэнов, как человеческие существа. Мы - просто четыре обычных чувака. Мы не отличаемся от тех людей которые приходят на наши шоу и платят свои деньги… Я - народ, мы - народ.

Долмаян: Когда мы находимся в туре вы часто можете видеть нас среди зрителей во время выступления других групп с которыми мы едем в тур. Это лучшее место откуда можно наблюдать то что происходит на сцене. Смотреть со стороны это совсем не то что быть внутри.Самое интересно в этом видео - это наши настоящие фэны. За несколько дней до съемок мы разместили в Сети сообщение что нам нужны фэны для съемок клипа. Пришло 1400 человек. Мы играли вживую около шести часов. Между съемками мы играли песни с нового альбома и со старого.

Малакян: Вот почему я очень уважаю фэнов Системы. Они приезжают со всего мира.

Одаджян: …Канада, Мексика… на один день, только чтобы попасть в видео.

Малакян: Самое главное что мы никого не нанимали чтобы кто-то приходил и веселился на нашем шоу… Поэтому видео выглядит совершенно как наше живое выступление, и я занимаюсь стейдж-дайвингом (нырянием в толпу). Это очень похоже на то что происходит на концертах Системы.

Корри: Вы участвовали в этой шумихе вокруг Резолюции 596. Може ли вы объяснить людям что это такое и каково было ваше участие во всем этом ?

Серж Танкян: Это резолюция которая должна была быть принята в Палате Представителей в прошлом году, когда президентом еще был Клинтон. Это резолюция по поводу оффициального признания Соединенными Штатами геноцида армянского народа со стороны Турции в 1915-м году. Клинтон написал письмо спикеру с просьбой отклонить резолюцию.
Это был трусливый шаг - насколько я убежден, насколько мы убеждены - это просто попытка скрыть историческую правду… Это уже утверждено во Франции, не это резолюция, но похожая. Итальянское правительство признало это, также как и Европейский Союз..

Малакян: Это не политический вопрос, а личный. Как если бы кто-то однажды убил вашу прабабушку, а вы бы сказали "Я живу по-своему и в другое время. Я не вижу насилия." …Мы - четыре армянских чувака играющих рок-музыку и мы привлекаем к себе общественное внимание. Если не мы, то кто же это сделает? Мы как будто чувствуем ответственность за их души.

Танкян: Мы посвятили этому концерт в прошлом году чтобы привлечь общественное мнение и средства для создания организации в Вашингтоне, которая бы лоббировала признание армянского геноцида. Мы собираемся продолжать это пока не будет конкретных результатов от Турецкого правительства и Америки.

Корри: В "Prison song" есть слова про "new "non-rich"" (новых бедняков). Кто это такие по вашему мнению?

Танкян: БОльшая часть населения индустриального мира, а также большая часть неиндустриализированного мира - люди живущие в бедности.

Корри: Дарон, ты был сопродюссером новой записи. Не было ли это сложно для тебя?

Малакян: Я знаю что я делаю. Есть некоторые вещи которые мне хотелось улучшить на новом альбоме… Я знал как я хотел записать гитары чтобы сделать их более драйвовыми. На нашей прошлой записи использовалось два трэка для гитар. На этой записи - по 12 треков на каждую песню.

Танкян: Мы были уверены в том что мы делали, мы знали как это должно звучать и мы превратились в трудоголиков и сделали 33 песни.
Насколько сложно было решить какие песни не подойдут для нового альбома, и что будет с остальными песнями?

Долмаян: У нас ушло очень много времени чтобы решить это. Мы записали 33 песни. Я думаю у нас было больше, около 45.

Одаджан: Это было действительно сложно. Мы должны были сделать выбор из этих замечательных песен. Мы выбрали 17 и Энди (Andy Wallace) их смикшировал, и из этих 17 мы выбрали 14, которые образовали альбом.

Долмаян: Я думаю что каждая из этих песен могла бы оказаться на альбоме. Единственная вещь которую мы хотели избежать это принцип "наполнения". Мне не нравятся альбомы где я вынужден пропускать некоторые песни. Хотелось сделать альбом, который можно было бы слушать от начала до конца и наслаждаться им как единым целым в противоположность тому что сейчас передают по радио.

Малакян: Причина почему именно эти песни вошли на диск - в том что они как бы образовывали альбом. Они как будто одна семья. Это не значит что песни которые не вошли на диск чем-то хуже. Иногда люди думают что ты не помещаешь песню на диск потому что это плохая песня. Это совершенно не так.

Танкян: Мы еще не решили точно как их выпустить, но эти песни возможно появятся на следующем альбоме. Большая их часть появится в той или иной форме.

Корри: Вы собираетесь в тур "Pledge of Allegiance" вместе с группами Slipknot и Mudvayne. Почему Slipknot? Почему так получилось?

Одаджян: Мы знакомы со Slipknot и мы давно обсуждали возможность сделать что-то вместе. Мы играли вместе на Ozzfest '99 и стали друзьями… К тому же так получилось что наши диски вышли примерно в одно время.

Долмаян: Мы их очень уважаем и это взаимно. Мы подумали "Почему бы не соединить это вместе? У нас совершенно разные направления, но давайте сделаем действительно хорошее шоу для наших фэнов"

Корри: В песне "ATWA" вы говорите от имени Чарльза Мэнсона о котором так много злословила американская пресса, зачастую о нем писали люди почти ничего о нем не знающие. Вы не восхваляете его, но вы рассуждаете с его точки зрения. Не беспокоитесь ли вы об ответной реакции которую это может вызвать?

Малакян: Я просто думаю что люди должны знать обе стороны истории чтобы составить свое мнение. Я интересовался этой темой последние пару лет, я действительно многое узнал об этом. Если вы захотите его послушать, то услышите что зачастую он действительно высказывает очень разумные вещи. Я против насилия, я его не поддерживаю. Но я вижу что СМИ показывают только одну сторону его личности. У личности не может быть только одна сторона. Я видел его ужасную сторону, но я увидел и действительно хорошую сторону. Есть такая пословица "Прежде чем составить мнение о чем либо, посмотрите на это чуть подольше". Может быть у него и есть свастика на голове, но он никак не связан с расизмом.
Мне это сложно объяснить, потому что это довольно сложная история. Я был разочарован когда смотрел все эти передачи по телевизору показывающие какой он злой, но я сидел и слушал что он говорит, и он не говорил ничего злого. Они показывают его только с одной стороны потому что они должны показать обществу человека которого можно было бы боятся.

webmaster@soadmusic.net